Чертежи станков и агрегатов

Истинный мудрец тот, кто многое сказать умеет коротко и ясно.



Текст #000786

Наварро выдвигает свою кандидатуру в губернаторы, он хочет победить на выборах с помощью Антоники и действительно побеждает. Однако Антонину оказалось невозможно подкупить ни красивыми платьями, ни торжественными банкетами. Она ведь не занималась спекуляцией, не делала себе карьеры и при всем своем невежестве сумела практическим своим крестьянским умом понять, что ее втягивают в какую-то грязную, нечистоплотную игру. Она в ужасе отшатывается от своего вчерашнего защитника, когда становится случайной свидетельницей кровавой схватки между двумя враждующими политическими группами, закончившейся победой сторонников Наварро.

Десяток истерзанных автоматными очередями трупов выложен рядком на террасе загородной виллы Наварро, чтобы другим неповадно было. В этой сцене заложено двойное сатирическое обличение — и американских политических нравов, насаждаемых в те времена на Кубе, и американских гангстерских боевиков, где смерть такое же роскошно-залихватское зрелище, как погоня и потасовка...

Подавленная знакомством с изнанкой политической жизни, героиня возвращается к себе в деревню. Но не будет ей больше покоя — в дверь стучатся назойливые больные, а новоиспеченный губернатор требует, чтобы Антоника активно помогала его партии. Она не поддается ни на уговоры, ни на прямые угрозы. Она убеждена, что святая вода поможет ей справиться с любыми армиями мира. Она сжигает свой избирательный бюллетень, и, следуя ее примеру, крестьяне делают то же самое. И хотя Антоника продолжает что-то невнятное, «колдовское» причитать над горящими бумагами, изгоняя и здесь злого духа, это уже не мольба, как раньше, а протест, пусть робкий, но недвусмысленный. У нее и выражение лица меняется, оно становится более твердым, решительным. В непослушную деревню посылается отряд солдат. Напрасно мечется между двумя силами журналист, поочередно взывая к благоразумию то губернатора, то Антоники. Выбив из ее рук кружку с водой, солдаты бесцеремонно тащат «святую» по земле, чтобы отправить несчастную женщину в сумасшедший дом. Антоника не сопротивляется. Так сопротивляться она не умеет.

Образ Антоники двойствен. Она темная фанатичка, но она и истинная дочь трудового народа — энергичная и непродажная. При других акцентах в том же самом повествовании на экране возникла бы фигура едва ли не защитницы прав угнетенного крестьянства. Но это ни в коей мере не входило в намерения режиссера. Ведь протест Антоники не носит сознательного характера, он замкнут в узкоэмоциональной сфере.

В финале картины Антонику — часть старого мира — настигают партизанские пули. Однако в действительности расчет с этим миром еще далеко не окончен. Ведь не на одной только Кубе доведенные до отчаяния издольщики не знали, куда им обратить свой взор — то ли к мачете, то ли к статуэтке святой девы...

...Интересной параллелью к «Дням воды» может служить документальный фильм «Сан Лазаро». Вновь мы видим очередь к какому-то месту, считающемуся чудодейственным, последние метры люди ползут на коленях, а желающие быть особо отмеченными тащат на цепях тяжеленные вериги, например, полутораметровый кусок рельса. Эти строго хроникальные кадры сняты в 1969 году. Конечно, сегодня ситуация в стране иная, и неумеренные поклонники святых мест вызывают не только удивление, но и иронию. «Ему бы на стройку идти вкалывать, а он рельсы здесь перетаскивает», — примерно так комментирует действия паломника один из наблюдающих рабочих. Но многовековое наследие, «завещанное» молодой Кубе колонизаторами и рабовладельцами, дает себя знать. Одним взмахом с ним не разделаешься.

По свидетельству режиссера «Дней воды», на острове еще и по сегодняшний день действует секта, объявившая Антонику святой. Члены этой секты запрещают детям ходить в школы и не признают никаких врачебных средств, кроме воды. Мертвое упорно цепляется за живое. Вот почему, не умолкая, бьют пулеметные очереди в фильме, очень важном и для Кубы и для всей Латинской Америки. смотреть бесплатное порно видео онайлн

Наварро выдвигает свою кандидатуру в губернаторы, он хочет победить на выборах с помощью Антоники и действительно побеждает. Однако Антонину оказалось невозможно подкупить ни красивыми платьями, ни торжественными банкетами. Она ведь не занималась спекуляцией, не делала себе карьеры и при всем своем невежестве сумела практическим своим крестьянским умом понять, что ее втягивают в какую-то грязную, нечистоплотную игру. Она в ужасе отшатывается от своего вчерашнего защитника, когда становится случайной свидетельницей кровавой схватки между двумя враждующими политическими группами, закончившейся победой сторонников Наварро.

Десяток истерзанных автоматными очередями трупов выложен рядком на террасе загородной виллы Наварро, чтобы другим неповадно было. В этой сцене заложено двойное сатирическое обличение — и американских политических нравов, насаждаемых в те времена на Кубе, и американских гангстерских боевиков, где смерть такое же роскошно-залихватское зрелище, как погоня и потасовка...

Подавленная знакомством с изнанкой политической жизни, героиня возвращается к себе в деревню. Но не будет ей больше покоя — в дверь стучатся назойливые больные, а новоиспеченный губернатор требует, чтобы Антоника активно помогала его партии. Она не поддается ни на уговоры, ни на прямые угрозы. Она убеждена, что святая вода поможет ей справиться с любыми армиями мира. Она сжигает свой избирательный бюллетень, и, следуя ее примеру, крестьяне делают то же самое. И хотя Антоника продолжает что-то невнятное, «колдовское» причитать над горящими бумагами, изгоняя и здесь злого духа, это уже не мольба, как раньше, а протест, пусть робкий, но недвусмысленный. У нее и выражение лица меняется, оно становится более твердым, решительным. В непослушную деревню посылается отряд солдат. Напрасно мечется между двумя силами журналист, поочередно взывая к благоразумию то губернатора, то Антоники. Выбив из ее рук кружку с водой, солдаты бесцеремонно тащат «святую» по земле, чтобы отправить несчастную женщину в сумасшедший дом. Антоника не сопротивляется. Так сопротивляться она не умеет.

Образ Антоники двойствен. Она темная фанатичка, но она и истинная дочь трудового народа — энергичная и непродажная. При других акцентах в том же самом повествовании на экране возникла бы фигура едва ли не защитницы прав угнетенного крестьянства. Но это ни в коей мере не входило в намерения режиссера. Ведь протест Антоники не носит сознательного характера, он замкнут в узкоэмоциональной сфере.

В финале картины Антонику — часть старого мира — настигают партизанские пули. Однако в действительности расчет с этим миром еще далеко не окончен. Ведь не на одной только Кубе доведенные до отчаяния издольщики не знали, куда им обратить свой взор — то ли к мачете, то ли к статуэтке святой девы...

...Интересной параллелью к «Дням воды» может служить документальный фильм «Сан Лазаро». Вновь мы видим очередь к какому-то месту, считающемуся чудодейственным, последние метры люди ползут на коленях, а желающие быть особо отмеченными тащат на цепях тяжеленные вериги, например, полутораметровый кусок рельса. Эти строго хроникальные кадры сняты в 1969 году. Конечно, сегодня ситуация в стране иная, и неумеренные поклонники святых мест вызывают не только удивление, но и иронию. «Ему бы на стройку идти вкалывать, а он рельсы здесь перетаскивает», — примерно так комментирует действия паломника один из наблюдающих рабочих. Но многовековое наследие, «завещанное» молодой Кубе колонизаторами и рабовладельцами, дает себя знать. Одним взмахом с ним не разделаешься.

По свидетельству режиссера «Дней воды», на острове еще и по сегодняшний день действует секта, объявившая Антонику святой. Члены этой секты запрещают детям ходить в школы и не признают никаких врачебных средств, кроме воды. Мертвое упорно цепляется за живое. Вот почему, не умолкая, бьют пулеметные очереди в фильме, очень важном и для Кубы и для всей Латинской Америки. смотреть бесплатное порно видео онайлн